Gadus morhua morhua п. hiemalis Taliev — Беломорская зимняя треска

I D 12—13, II D 18—20, III D 18—20, I A 20—22, II A 17—23, sp. br. 21'—22, cert 52—55 1. Голова сравнительно короткая и узкая, длина со 25.2—27.2% длины тела, ширина межглазничного промежутка 14.9— 18.5% длины головы. Усик обычно короче продольного диаметра глаза, реже равен ему. Хвостовой стебель удлиненный и низкий, длина его 10.8— 13.2% длины тела, высота 4.5—5.0% той же длины. Тело и непарные плавники невысокие. Лучи 1-го спиного плавника в прижатом к спине состоянии обычно заходят за начало 2-го спинного плавника на 2/1—3/s его длины. Рожкообразные выросты у переднего края плавательного пузыря обычно как у типичной формы. Окраска перитонеума от свин-цово-черного до черноватого. В процентах к длине тела: антеанальное расстояние 44.6—49.3, антедорсальное расстояние 27.9—32.1, длина грудного плавника 13.3—14.7, длина брюшного плавника 10.4—11.5, высота 1-го спинного плавника 11.0—13.1, высота 1-го анального 10.0— 12.2. В процентах к длине головы: длина рыла 40.5—42.8, продольный диаметр глаза 19.7—23.6, длина верхней челюсти 40.5—42.8, длина ни?к-ней челюсти 48.4—52.2, окраска, как у типичной формы. Обычные размеры 20—40 см, наибольшие до 50 см. (8 экз.).
Форма очень близкая, морфологически почти не отличимая от атлантической трески. Отличается лишь биометрически (по средним) длиной грудных и брюшных, 2-го спинного и 1-го анального плавников, более длинным усиком. Краниологически точно так же неотличима. Повидимому, идентична с мурманской прибрежной треской 4. Наиболее существенны отличия от типичной формы в темпе роста и вообще в карликовости этой трески. Б. С. Ильин и В. И. Певзнер, сравнив эту сомнительную форму с экземплярами мурманской трески (из Полярного, Ейна-губы, Урины и из-под Базаров Рыбачьего пол.), обнаружили различия лишь в длине головы, диаметре глаза и в росте.
Распространение. Белое море, откуда подходит к Кандалакшскому заливу. В Кандалакшском заливе встречается в наибольшем количестве осенью и зимой; летом она отсюда уходит. Подход к Кандалакшскому заливу начинается с июня и позднее — в зависимости от места, так как к местам, расположенным ближе к устью залива, подход наблюдается раньше. В Белом море, повидимому, совершает значительные миграции, возможно выходя даже за пределы его 5.
Биология. Нерестится частично или целиком в Белом море. Известны только 2 близкие к нересту (IV стадии зрелости) самки в возрасте 5 лет, пойманные 11 апреля 1936 г. в губе Педунихе на глубине 6 м. Самец (не совсем типичный) с половыми продуктами в V стадии зрелости был пойман в 1935 г. в губе Педунихе. Летом молодь держится в прибрежной полосе совместно с однолетними G. morhua maris-albi, поедая вместе с ними Harpacticus, бентонических Crustacea, личинок креветок, Amphipoda, Brachyura и др. Более крупные рыбы, размерами 15—25 см (2—3-годовалые) поедают преимущественно Nereis, Caprella, затем рыб (сельдь, мойву и др.), Decapoda. Рыбы размерами 25—50 см (4-годовалые и более) питаются преимущественно рыбой — мойвой (а не колюшкой, как G. morhua maris-albi), затем Nereis pelagica, Amphipoda и Decapoda. Весной питается пищей, сходной с пищей крупных (25—50 см) G. morhua maris-albi. Отличается замедленным по сравнению с мурманской треской и несколько более по сравнению с G. morhua maris-albi ростом. По данным обратного расчисления по чешуе, собранной в 1933 г., Н. В. Европейцева дает следующие величины роста и прироста: Хозяйственное значение сравнительно небольшое, но большее, чем G. morhna maris-albi, так как главная масса вылавливаемой в Кандалакшском заливе трески приходится на эту форму. Улов обеих форм трески в Кандалакшском заливе за период с 1895 до 1915 г. не превышал 100 центнеров, в последние годы этот кустарный промысел почти прекратился. Ловят преимущественно женщины, главным образом на удочку (Дексбах, Рыбн. хоз. СССР, 1925, 8—9: 13).